Китай расширяет присутствие в Азии и разыгрывает иранскую карту. Иранско-китайское соглашение - угроза США и сионистскому режиму'
Китай расширяет присутствие в Азии и разыгрывает иранскую карту. Иранско-китайское соглашение - угроза США и сионистскому режиму'
2 месяца назад 576 forbes.kz iran.ru Вали Наср, профессор ближневосточных исследований и международных отношений в Школе передовых международных исследований при Университете Джонса Хопкинса. Ариана Табатабай, специалист по Ближнему Востоку в Альянсе защиты демократии при Германском фонде США им. Маршалла, старший научный сотрудник в Школе международных при Колумбийском университете. Мохсен Ахади

В начале июля Иран объявил, что ведёт с Китаем переговоры о соглашении сроком на 25 лет, которое охватывает сферы торговли, энергетики, инфраструктуры, телекоммуникаций и даже военного сотрудничества. Для Ирана перспектива создания стратегического партнёрства с Китаем возникла в критически важное время. Иранское правительство столкнулось сейчас с народным недовольством: тонущая экономика страны пострадала от американских санкций, а теперь ещё и от Covid-19.

Ситуация усугубляется тем, что недавняя серия взрывов по всей стране усилила ощущение, что режим находится в осаде. Пострадали как минимум два объекта, связанных с иранской ядерной и ракетной программами, поэтому данные инциденты выглядят частью более широкой стратегии США и Израиля по сдерживанию иранского потенциала.

Именно поэтому новость о большом соглашении с Китаем служит для иранского правительства позитивным отвлекающим манёвром, она даже позволяет ему «купить время» для сохранения статус-кво до президентских выборов в США, которые пройдут в ноябре 2020 года. Результат этих выборов определит дальнейшую траекторию американо-иранских отношений и судьбу иранского ядерного соглашения 2015 года, известного как «Совместный всеобъемлющий план действий» (сокращённо СВПД), и одновременно повлияет на президентские выборы в самом Иране в июне 2021.

Исторически иранцы избегали слишком тесных союзов с любыми великими державами, и ещё меньше они готовы согласиться на чьё-либо экономическое покровительство. Отношения Ирана с Китаем уже стали поводом для внутренних разногласий, и не исключено, что парламент страны откажется ратифицировать соглашение, если оно не будет пересмотрено с целью устранить определённые аспекты, вызывающие озабоченность.

Тем не менее экономика Ирана находится в свободном падении с 2018, когда администрация Трампа вышла из СВПД и начала кампанию «максимального давления» с помощью жёстких санкций, призванных задушить режим. А поскольку режим в целом столкнулся с серьёзным народным недовольством, правительство иранского президента Хасана Рухани находится сейчас под колоссальным внутренним давлением. Объявление о сделке с Китаем позволяет правительству Рухани продемонстрировать всем, что оно не складывает все яйца в одну западную корзину. Для иранского народа это сигнал, что он не находится в изоляции и что он может даже добиться улучшения экономического положения, несмотря на американские санкции.

На международной арене Иран всегда стремился сбалансировать одну великую державу другой. В ответ на дипломатическое и экономическое давление США на протяжении последнего десятилетия силы безопасности Ирана стали склоняться к России, ключевые отрасли экономики страны – к Китаю, а правительство Рухани – к Европе. А теперь в условиях нарастания напряжённости в китайско-американских отношениях Иран рассчитывает, что Китай поможет ему поддержать экономику и станет противовесом для США. Более тесные связи с Китаем дадут Ирану рычаг на будущих переговорах с США и Европой, когда речь зайдёт о пересмотре или восстановлении СВПД в прежнем виде, а также в отношениях с региональными соперниками, например Саудовской Аравией и Объединёнными Арабскими Эмиратами.

Напротив, для Китая стратегическое партнёрство с Ираном является минным полем. Хотя Китай не прекращал торговать с Ираном и инвестировать в инфраструктуру этой страны, углубление связей может вызвать гнев Америки в критический и крайне деликатный дипломатический момент. Потенциально рискуя санкциями США, Китай может потерять часть доступа к американскому рынку (который намного больше иранского). Неудивительно, что китайские официальные лица меньше говорят об этих переговорах, чем их иранские коллеги. Кроме того, Китай не хочет разрушать свои региональные партнёрства с Израилем и Саудовской Аравией, а каждая из этих стран сейчас вовлечена в прокси-войны с Ираном или ведёт тайные операции против него.

Так или иначе, Китай явно видит определённую ценность в разработке всеобъемлющего соглашения с Ираном – крупным, важным региональным игроком, чьи огромные энергоресурсы и колоссальный экономический потенциал делают его естественным кандидатом для участия в китайской инициативе «Пояс и путь», которая ориентирована в западном направлении. Китай уже покупает у Ирана нефть со скидкой (а это не такая уж незначительная выгода для главного покупателя энергоресурсов в мире), и он стал ключевым торговым партнёром Ирана, в том числе его главным поставщиком продукции тяжёлого машиностроения и промышленных товаров.

Если же говорить шире, то на протяжении последнего десятилетия Китай постепенно расширяет своё присутствие в Западной Азии. Он выступает в роли главного спонсора региональной Шанхайской организации сотрудничества и инвестировал свыше $57 млрд в Пакистан. А поскольку США собираются уйти из Афганистана, партнёрство с Ираном обеспечит Китаю почти полный контроль над стратегическим коридором, протянувшимся из Центральной Азии к Аравийскому морю.

В рамках этой экспансии Китай может даже получить контроль над иранским портом Чахбехар. Развитием этого порта – в ответ на китайский проект в соседнем пакистанском порту Гвадар – занималась Индия, главный азиатский соперник Китая. Порт Чахбехар позволяет Индии торговать со странами Центральной Азии в обход Пакистана – ещё одной враждебной страны. Однако несмотря на признанное значение этого порта, американские санкции вынудили Индию уйти из Чахбехара, что разочаровало Иран. Более того, как сообщается, Иран уже выдавливает Индию из железнодорожного проекта в обход Пакистана, который должен обеспечить связь с Афганистаном и Центральной Азией. Новость об этом разрыве появилась сразу же после того, как Китай и Иран объявили о достижении предварительного соглашения.

Недавние пограничные стычки между Китаем и Индией показывают, насколько серьёзно Китай относится к своему присутствию в Западной Азии. Новое соглашение не только откроет Китаю возможность получить контроль над Чахбехаром и монополизировать торговые пути в Центральной Азии, но и, судя по всему, позволит ему строить морские объекты в Оманском заливе. Хотя США давно хотели сократить присутствие на Ближнем Востоке, чтобы лучше сфокусироваться на Китае, новое китайско-иранское соглашение напоминает нам о том, что эти два театра действий никак не разделены.

Усилив давление на Китай и Иран, США стимулировали эти две страны сформировать общий фронт. Хотя китайско-иранские отношения пока что очень далеки от того, чтобы сформировать новую ось, последние переговоры показывают, что это возможно.

Руководители внешней политики США должны обратить на это внимание. Америке надо будет пытаться вбить клин между Китаем и Ираном, а для этого надо будет решить, какая из двух стран создаёт более сильную угрозу. Американцы, может быть, и не хотят ничего иного, кроме как уйти с Ближнего Востока – раз и навсегда. Однако факт в том, что стратегическая конкуренция с Китаем не будет разворачиваться исключительно в Восточной Азии.

Иранско-китайское соглашение - угроза США и сионистскому режиму'

Сионистское новостное издание «Джерузалем пост» назвало подписание соглашения о всеобъемлющем сотрудничестве между Ираном и Китаем плохой новостью для израильского режима, добавив, что это соглашение нейтрализует кампанию максимального давления США против Ирана.

В наши дни Соединенные Штаты и некоторые из их партнеров пытаются заставить некоторые контрреволюционные СМИ атаковать и подрывать всеобъемлющее соглашение между Ираном и Китаем и использовать чувство патриотизма у иранцев, чтобы помешать стратегическому сотрудничеству двух стран.

Всем ясно, что Исламская революция 1979 года вывела Иран из сферы западных союзников и «рабов» в сферу проведения собственной независимой политики. Между тем, Соединенные Штаты постоянно пытаются предотвратить рост и процветание независимых стран и в последние 42 года ввели все виды санкций против иранского правительства и нации.

С прибытием Дональда Трампа в Белый дом и выходом США из иранского ядерного соглашения 2015 года, США попытались продвинуть свою кампанию максимального давления, изолировав Иран. Спецпредставитель США по Ирану Брайан Хук дал понять, что у Ирана есть два варианта: либо договориться (т.е. сдаться), либо ожидать своего краха.

Анти-Иран: ключевое слово США на 40 лет

В течение последних четырех десятилетий Соединенные Штаты пытались политически и экономически изолировать Иран и препятствовать торговому сотрудничеству между Тегераном и другими странами, проводя политику максимального давления на Иран. Эскалация санкций против Ирана в последнее десятилетие может быть оценена таким же образом, что они являются средством загнать Иран в угол и разорвать его связи с остальным миром.

Вот почему, когда Иран и Китай начали переговоры о подписании стратегического документа для долгосрочного сотрудничества, это было практически замечено как признак провала политики США по изоляции Ирана. В связи с этим Никки Хейли, бывший посол США в ООН, написала в Твиттере: «Китай сотрудничает с Ираном, положив конец глобальной изоляции Ирана».

Чтобы предотвратить провал своей кампании максимального давления против Ирана, Соединенные Штаты пытаются остановить окончательное подписание соглашения, пробуждая патриотические настроения иранского народа и сравнивая иранско-китайское соглашение с Туркменчайским договором 1828 года между Ираном и Россией, которая оторвала последние кавказские территории от Ирана.

Иран и Китай против США

Газета «Нью-Йорк таймс» в статье от 11 июля «Противодействие США, Китаю и Ирану в сфере торговли и военного партнерства» описала соглашение о всеобъемлющем сотрудничестве между Ираном и Китаем на следующие 25 лет как шаг, как подрывающее антииранские меры, предпринимаемые администрация Трампа.

Помимо усилий США по предотвращению выхода Ирана из изоляции, Вашингтон также ведет спор с другой стороной соглашения, а именно с Китаем, и использует любую возможность, чтобы нанести удар по политическим и экономическим интересам Пекина.

Уже не секрет, что соперничество между США и Китаем усилилось в последние годы, и его объективное проявление можно увидеть в торговой битве между двумя странами, известной как Тарифная война.

Соединенные Штаты годами знали, что прежний мировой порядок, возникший после распада Советского Союза, когда США, как сверхдержава стремились изменить все мировые отношения в своих интересах, рушится.

Орел против красного дракона

Китай, тем временем, смог постепенно утвердиться как вторая по величине экономика в мире, проводя правильную экономическую политику, и теперь стал конкурентом экономической гегемонии США. Многие эксперты считают, что сейчас объем внешней торговли Китая даже превысил объем США. Поэтому многие аналитики считают, что к 2035 году Китай, безусловно, станет самой мощной экономикой в ​​мире.

Удивительный рост технологий в Китае привел к тому, что он впервые превзошел США по патентам. Этот технологический прогресс заставил многие европейские страны обратиться к китайским компаниям с просьбой обновить свой Интернет до 5G.

Маджид Реза Харири, президент Ирано-китайской торговой палаты, считает, что теоретические исследования по Интернету 6G были завершены в Китае, и страна вводит в эксплуатацию Интернет 6G, хотя на Западе таких исследований еще не проводилось.

Тем временем Соединенные Штаты используют любую возможность, чтобы подорвать Китай, и, поскольку они привыкли к тактике запугивания и злоупотребления мощью, они пытаются удержать китайские компании от конкуренции посредством санкций или судебных процессов. Вашингтон также пытается усилить политическое давление на Пекин по таким вопросам, как Гонконг или Тибет.

«Уолл-стрит джорнал» в статье от 11 июля пишет, что «Иран и Китай стремятся укрепить широкомасштабное партнерство, которое отразит экономическое давление США и ослабит глобальную изоляцию Тегерана».

Враги прошлого превратились в благодетелей сегодняшнего дня!

Вот почему после завершения переговоров о подписании документа о сотрудничестве между Тегераном и Пекином, усилия США по предотвращению его заключения и потери рычагов воздействия на Иран и Китай вступили в новую фазу. Поэтому те, кто стремился оказать максимальное давление на правительство и народ Ирана, теперь притворяются, что смотрят на иранцев, как волк в овечьей шкуре.

Между тем, госсекретарь США Майк Помпео, который ранее призывал иранский народ к голодной сдаче, неоднократно сравнивал документ о сотрудничестве Ирана и Китая с Туркменчайским соглашением. По его стопам пошли антииранские СМИ, которые, подобно американским марионеткам, начали выдумывать ложные повествования, чтобы влиять на общественное мнение и предотвращать подписание этого соглашения.

Вашингтон прекрасно понимает, что эра односторонности и запугивания США подходит к концу, и что независимые страны бросают вызов США во всех сферах политики, безопасности и экономики. США также обеспокоены по поводу потери своего экономического положения в мире и хорошо знают, что они не будут бесспорной мировой державой в течение нескольких лет.

Все политические эксперты считают, что Иран занимает высокие геополитические и геоэкономические позиции в Западной Азии, и в конкуренции между США и Китаем за доступ к высшей мировой экономике любая страна, которая может установить особые экономические и политические отношения с Ираном, будет также включена в жесткую конкуренцию будущего мира.

Близкие отношения Ирана и Китая представляют угрозу для сионистского режима

Принадлежащая Израилю «Джерузалем пост» в отчете от 14 июля выразила обеспокоенность по поводу подписания ирано-китайского соглашения, охарактеризовала его как плохую новость для израильского режима и сказала, что китайские инвестиции будут иметь большое значение для уничтожения кампании США по максимальному давлению.

«Для Израиля потенциальный ущерб от такого соглашения очевиден», - пишет газета.

Джавад Мансури, бывший посол Ирана в Китае, заявил в интервью Mehr News: «Запад не хочет, чтобы Иран вышел из сферы его контроля. В то же время у США нет желания позволять какой-либо независимой стране развиваться. Тесные отношения между Ираном и Китаем, как двумя независимыми государствами, явно являются угрозой гегемонии США и глобальному высокомерию, и их сегодняшнее противостояние обусловлено именно их страхами и опасениями».

И теперь США - зная, что Иран, как независимая страна, участвует в борьбе с глобальным высокомерием, - пытаются предотвратить установление стратегических отношений между Тегераном и Пекином. Вашингтон знает, что стратегическая близость Ирана и Китая, учитывая геополитическое положение Тегерана в Западной Азии, а также экономическую мощь Пекина, приносит пользу обеим странам, создает реальную угрозу для сионистского режима и ускоряет упадок США. Вот почему недавние меры Соединенных Штатов и их союзников следует рассматривать как действия тонущего человека, который тонет в болоте.

Источник: https://en.mehrnews.com/news/161751/Iran-China-coop-threat-to-US-Zionist-regime

0 комментариев
Архив