Смертоносное землетрясение магнитудой 6,0 произошло на востоке Афганистана 31 августа, убив более 2200 человек и ранив около 3600 в провинциях Кунар и Нангархар. Почти полмиллиона афганцев пострадали, а спасательные работы и усилия по оказанию помощи все еще продолжаются спустя три недели после трагедии.

Но даже несмотря на то, что агентства по оказанию помощи и власти «Талибана» пытаются отреагировать, афганские женщины в основном отсутствуют в процессе восстановления. С 2022 года талибы запретили женщинам работать с НПО, а затем распространили запрет на Организацию Объединенных Наций и другие международные организации. Несмотря на то, что некоторые группы договаривались об ограничении роли женщин-сотрудников под опекой мужчин, участие женщин в гуманитарных операциях резко сократилось.

Последствия этого очевидны: по данным ООН, более половины жертв землетрясения были женщинами и девочками, однако большинство спасателей и медиков, дислоцированных в регионе, — мужчины. Представитель ВОЗ Мукта Шарма 7 сентября предупредила, что нехватка женщин-гуманитарных работников затрудняет доступ к нуждающимся женщинам. Почти 90 процентов медицинского персонала региона составляют мужчины, в то время как те немногие женщины, которые работают медсестрами и акушерками, не имеют достаточной подготовки в области травматологической помощи.

Некоторые выжившие женщины признали, что спасатели-мужчины действительно помогали им, и талибы настаивают на том, что помощь доходит до всех пострадавших, независимо от пола. Тем не менее, отсутствие женщин-гуманитарных работников создало заметные пробелы в информационно-разъяснительной работе и медицинском обслуживании, особенно для женщин в консервативных сообществах.

Горстке женщин-волонтеров-медиков удалось добраться до пострадавших от землетрясения районов, что подчеркивает как стойкость афганских женщин, так и глубокие препятствия, с которыми они сталкиваются в условиях нынешних ограничений. Для многих в Афганистане землетрясение обнажило не только хрупкость инфраструктуры страны, но и растущее исключение женщин из общественной жизни, даже в моменты национального кризиса.