«Нужно ценить свой платок»: Мусульманки о хиджабах
«Нужно ценить свой платок»: Мусульманки о хиджабах
2 года назад 4328

Три истории о том, что значит надеть хиджаб, и одна — о том, как сложно его снять

Конституция РК утверждает, что Казахстан — светское государство, каждый гражданин которого имеет право на свободу вероисповедания. Согласно переписи населения за 2009 год, ислам исповедует свыше 11 миллионов человек, то есть 70,2 % населения.

С каждым годом в стране все больше мусульманок облачаются в хиджабы. Несмотря на то, что подавляющее большинство казахстанцев — мусульмане, ношение платка вызывает неоднозначные эмоции. Одни ссылаются на традиции казахского народа, другие возмущены подражанием арабской культуре, а третьи протестуют против запрета носить хиджабы в школах (и даже расплачиваются за это штрафами).

Мы поговорили с верующими казахстанками и выяснили, что для них значит платок, сталкиваются ли они с общественным давлением и почему покрывают именно женщин. 

 

 

 

Айнура

(имя изменено по просьбе героя)

23 года, носит хиджаб 11 месяцев

О хиджабе, свободе самовыражения и науке

Я окончила университет имени Сулеймана Демиреля по специальности международные отношения. Многие думают, что там обрабатывают студентов, но преподаватели никак не повлияли на мое отношение к религии. Я нигде не встречала таких добрых и отзывчивых учителей, которые всегда готовы помочь. Затем поступила на магистратуру в КИМЭП, а после этого в Назарбаев университет.

Пять лет назад, на первом курсе я начала читать намаз. А за год до того как покрыться, начала носить более закрытую одежду. 

Если ты признаешь, что есть только один Бог и Мухаммад — пророк его, то ты мусульманин. Но если не носишь хиджаб и не читаешь намаз, ты считаешься грешником, хотя это не значит, что ты вне религии. Я хотела выполнить то, что мне заповедовал Бог, и покрылась в июне прошлого года. Тогда мы всей семьей поехали на Рамадан в Турцию к родственникам. В это время мы много молились, и я чувствовала, что мне нужен хиджаб.

Муж сказал, что в платке воспринимает меня как личность
Для меня платок никак не символ угнетения, даже наоборот — это мой выбор, моя свобода самовыражения. Когда я его надела, почувствовала себя увереннее.

В казахстанских реалиях очень сложно носить платок, потому что люди этого не понимают. Я боялась, что на меня будут коситься, и многие подруги рассказывали истории неприятия обществом. Все это оттягивало момент, когда я наконец надела хиджаб. На самом деле, с тех пор я ни разу не встретила открыто негативного отношения. Первое время люди просто не знают, как со мной общаться, но потом понимают, что я такой же человек, как и они. Даже мой будущий муж, человек религиозный, был в шоке первое время. Он не заставлял меня носить платок, но, оказывается, всегда об этом мечтал. Муж сказал, что в платке воспринимает меня как личность. И действительно, я заметила, что в рабочих коллективах мужчины позволяют себе игривое отношение к девушкам. А когда я надела платок, ко мне перестали так относиться.

Родственники увидели меня в хиджабе на свадьбе брата. Хоть и были удивленные взгляды, никто мне ничего не сказал, кроме самой старшей бабушки. Она прочитала лекцию о том, что в молодости надо носить короткие платья. Среди родных я первая надела платок и поэтому боялась, что на меня насядут и потребуют его снять, но все приняли мой выбор.

Почему легче покрыть женщину? Представьте, вы являетесь директором компании, и у вас есть два работника. Один из них точно выполнит ваше поручение, а второй обязательно провалится. Кому вы поручите выполнить задание? Конечно, первому. Я вижу это примерно так. Женщина — первый работник, который может выполнить завет и носить хиджаб, потому что она настолько сильна. А вот мужчина не может переучить себя смотреть на женщин.

Об исламе в Казахстане и запретах

Казахстан — светское государство, поэтому запрет на ношение хиджабов вполне реален. Общество еще не готово принять девушек в платке. Можно даже сказать, что запрет служит целям безопасности религиозных людей. Если вдруг общественная ненависть возрастет до таких пределов, что против мусульман могут применяться насильственные меры, то запрещать носить хиджабы в школах даже правильно со стороны государства. Однако, конечно, хотелось бы, чтобы религиозные люди имели право представлять себя в правительстве.

Я благодарна, что живу в Казахстане, потому что я пришла к платку не из-за закона или общественного давления, а сама. Не представляю, как живут девушки в странах, где ношение хиджаба прописано на законодательном уровне. Конечно, мусульманки должны носить хиджаб, но девушки имеют право выбора — если они не хотят быть покрытыми или вовсе не верят в Бога, то всегда могут уехать. Каждый вправе делать со своей жизнью, что хочет. Я же выбираю для себя, что считаю правильным — задумываюсь не только об этой жизни и постоянно держу в уме, что когда-нибудь буду отвечать за свои действия.

Я бы не сказала, что мусульманкам все запрещают. Возможно, такое впечатление у людей складывается, потому что сейчас на каждом углу кричат о феминизме. Конечно, мужчины и женщины равны перед Богом. Просто в моем понимании, каждый выполняет свою роль: мужчина — добытчик, а женщина — хранительница очага. При этом, женщине допускается иметь свой заработок, и мне это нравится.

В Казахстане некоторые религии наложились друг на друга и смешались — это называется религиозный синкретизм. Дело в том, что Казахстан более 70 лет находился под советской властью; тогда люди умалчивали о своей вере, о том, что читают намаз. Наши родители не получили мусульманского образования, поэтому сейчас мы даже не знаем, что наши традиции в корне мусульманские. Например, обряд «неке кию» произошел от «никях» — бракосочетания по правилам шариата. 

Ислам, на самом деле, красивая религия, в нее надо приводить такими же методами — рассказывать о рае, а не о том, как ты будешь гореть в аду.

 

Гаухар

30 лет, носит хиджаб 10 лет 

О хиджабе и Коране

На первом курсе университета я познакомилась со своим будущим мужем. Он был не такой, как наши сверстники — у него был другой нрав, другой образ жизни. Задавал вопросы, о которых я никогда в жизни не задумывалась, спрашивал, в чем цель моей жизни, какие ценности для меня важны, что ждет меня после смерти. Я затруднялась ответить. Молодые ведь не задумываются о смерти. Тогда я поняла, что не ценю жизнь, свое драгоценное время.

В исламе я нашла ответы на многие вопросы. Мои ценности изменились кардинально — я начала размышлять по-другому, ценить своих близких, свое здоровье, свое время. Я стала счастливой — все мое окружение видело, что я меняюсь в лучшую сторону.

Мама меня полностью поддержала, но папу мое преображение напугало. Он сказал, что намаз начинают читать ближе к пенсии. Но ведь не все доживают до этого возраста. Намаз — в первую очередь, отчёт о твоей жизни, о том, сколько ты благодарил Творца.

Отец не принимал и платок, запрещал носить в его доме. Раньше я зимой даже шапку не носила, чтобы не портить прическу, а когда начала читать намаз, стала накидывать платок, привыкать к нему. Из-за того, что голова была в тепле, папа был доволен. Когда пришла весна, он заметил, что я не снимаю платок. Пришлось признаться, что я уже ношу хиджаб и не могу снять его. 

Казахи — мусульмане на словах. Наши родители росли в советское время, поэтому мало кто знал, какими должны быть мусульмане. В детстве Коран был недоступен для нас, детей, он стоял высоко на книжной полке, его нельзя было трогать, открывать. Мы думали, что он только для мёртвых, потому что его читали над умершими. На самом деле, Коран — книга для живых, инструкция для счастливой жизни, которая объясняет, для чего создан человек, время, солнце, луна, звезды. Когда начинаешь всё это изучать, переворачивается сознание.

Казахи — мусульмане на словах
Когда я сознательно пришла в ислам, то поняла, что совсем не делаю то, что должна. Быть мусульманином — значит верить в одного Творца и его посланника. Но этого недостаточно — Аллах создал людей, чтобы они благодарили его за это и поклонялись только ему.
 
 

Об ограничениях и запретах

То, что запрещено по Корану, на самом деле, приносит вред здоровью человека, так что в этих запретах для людей только благо.

В Коране написано, что женщины должны оберегать свою красоту от чужих глаз и покрывать себя. Нет ничего хорошего в том, что на полуголых девушек смотрят мужчины с плохими мыслями; всё это ведёт к разврату и росту насилия — женщин перестали уважать. Хиджаб женщину возвышает. Мы покрыты только на улице, а дома перед мужьями и семьей мы ходим без платка, прически делаем, красивые платья носим. А многие женщины наоборот одеваются красиво, чтобы на них смотрели на улице.

Надевая платок, девушка должна вести себя подобающе, быть уравновешенной. Она — лицо всех мусульманок. Я, например, даже дорогу не перебегаю в неположенном месте, чтобы не подумали, что так делают все мусульманки.

Многие начинают жалеть мусульманок, мол, какие они бедняжки, никуда не ходят. Я же считаю, что хиджаб абсолютно меня не ограничивает. Конечно, мусульманкам нельзя носить облегающую одежду и брюки, но ведь женщина должна отличаться от мужчины. Юбка — признак женственности, в ней женщина изящна, а вот в брюках даже походка меняется, становится мужской.  

Я не чувствую себя ущербной, отсталой от жизни. Это стереотип о мусульманах, который нужно ломать 

О равенстве

Равенства нет — женщина на голову ниже мужчины, потому что создана из его ребра. Рай женщины — под ногами мужчины.

Жена должна повиноваться мужу, потому что она слаба, потакает своим желаниям, не умеет себя вовремя остановить. Без мужчины, который вовремя скажет «стоп», жена будет делать все, что хочет. У казахов даже есть пословица: «Әйел бұзылса, ұлт бұзылады».

Однако ислам возвеличивает женщину. Есть такой хадис: «Лучший из вас тот, кто лучше относится к своим женам», и мусульмане действительно очень трепетно относятся к женам и благородно по отношению к женщинам в целом. Они ведь стараются оградить нас от всего плохого. 

 

 Джамиля

 29 лет, носит платок 5 лет 

Когда мы поженились, ни я, ни муж еще не практиковали ислам. Мы росли в светских семьях, вели такой же образ жизни, как и вся молодежь. Спустя какое-то время муж постепенно пришел к исламу, начал посещать пятничный намаз. Я решила поддержать мужа, тоже стала читать намаз вместе с ним, а потом решила покрыться. Конечно, это всё не произошло за один день. Это не было просветлением свыше. Я думала, что если не покроюсь в тот момент, то буду постоянно откладывать. Решение надеть хиджаб было осознанным и больше было продиктовано верой и уважением к мировоззрению мужа. Я понимала, что ему будет приятно, что он этого хочет. А поступать в угоду мужу — тоже своего рода поклонение Всевышнему. Если посмотреть на хиджаб с другой стороны, то в нем безусловно есть романтика. Надевая платок, ты посвящаешь всю свою красоту только любимому человеку.

Я понимала, что мужу будет приятно, что он этого хочет. А поступать в угоду мужу — тоже своего рода поклонение Всевышнему
В идеале нужно одеваться так, чтобы по силуэту было непонятно, как ты выглядишь. Я не могу назвать свой хиджаб образцовым. Конечно, я одеваюсь достаточно скромно, но только как мне нравится. Меня могут осудить за джинсы, но думаю, надо все делать, в первую очередь, от сердца.

Хиджаб не мешает мне оставаться самой собой. Не могу сказать, чтобы я кардинально изменилась, после того как покрылась, но когда я надела хиджаб, все были немного в шоке. Со стороны людям казалось, что еще вчера мы гуляли-гудели, а потом в один момент резко поменяли образ жизни. Моя мама очень переживала, она думала, что я отношусь к платку несерьёзно, балуюсь. Были какие-то недопонимания, разногласия, споры, а потом все устаканилось. Все это было к лучшему, потому что с нами остались только искренние друзья, а другие люди отсеялись.

О негативе и насилии

Негатив, конечно, есть всегда. Когда я не носила хиджаб, были случаи, когда в общественном транспорте или на улице ко мне подходил какой-нибудь агашка и начинал стыдить за то, как я одеваюсь или говорю. Когда я покрылась, людей начало волновать, что казашки никогда не носили хиджабы, что мы подражаем арабам. В такие моменты хочется сказать, что казахи и в джинсах испокон веков не ходили. Всегда найдется тот, кто осудит, кто скажет, что религия и вера должны быть в сердце, а не напоказ. Периодически встречаешься с чужим мнением, и с этим ничего не поделаешь — просто нужно спокойно относиться. 

Девушке совсем необязательно выглядеть вызывающе, чтобы ее изнасиловали. Все упирается не в одежду, а в психологию человека. Хиджаб не создан и не может уберечь от домогательств. Если кто-то захочет сделать что-то плохое, от одежды ничего не будет зависеть. Вообще, есть такое мнение, что женщины дают то, на что есть спрос у мужчин, то есть желания мужчин отражаются на образе женщин. Не думаю, что девушки одевались бы вызывающе, если бы не было парней, которые этим любуются. А если супруг хочет видеть жену покрытой, то в итоге женщина тоже приходит к этому.

Когда я ношу хиджаб, это ставит рамки. Раньше молодые люди могли себе позволить какие-то шуточки, подойти попытаться познакомиться не в самой хорошей манере. Сейчас такого, скорее всего, не будет.

О запретах и правах женщин

Я не вижу запреты, я вижу ограничения. Они нужны для того, чтобы люди отличали белое от черного, хорошее от плохого. Все продумано так, чтобы люди не метались в сомнениях. Если что-то запрещено, то это категорично. Проведем аналогию с алкоголем. Кто-то говорит, что от бокала вина ничего не будет, но в исламе есть такое правило: «Что запрещено в больших количествах, то запрещено и в малых».

Я не вижу запреты, я вижу ограничения. Они нужны для того, чтобы люди отличали белое от черного, хорошее от плохого. 

Мужчины и женщины разные по природе. Не могу назвать себя феминисткой, но я в принципе за эмансипацию женщин и против бытового насилия, против того, что до сих пор воруют невест, против плохого отношения к келинкам. Я знаю, что происходит в Казахстане с женщинами, и считаю, что это неправильно. У нас эти архаичные принципы до сих пор живут, хотя ислам уже полторы тысячи лет возвышает женщину.

В арабских странах права женщин безусловно ущемлены в большей степени, нежели в Европе, но, скорее всего, это связано не с исламом, а с традициями этих стран. Это ответственность духовных лидеров, правительства, потому что все проблемы упираются в отсутствие нормального образования. Девочкам не дают учиться, вследствие чего у них меньше прав. Они даже не знают, что может быть по-другому. 

Власти думают, что если запретить носить хиджаб в школах, а взрослым людям — длинную бороду или черные одеяния, то можно победить терроризм. Нужно смотреть в корень проблемы. Вряд ли адекватный, воспитанный, образованный человек из обеспеченной семьи станет террористом. А дело в том, что молодежь ходит без дела, потому что у них нет возможности получить достойное образование и найти работу. Люди из таких социально уязвимых слоев населения легче подвергаются воздействию.

Вряд ли адекватный, воспитанный, образованный человек из обеспеченной семьи станет террористом
Не понимаю, как ношение хиджаба может быть пропагандой ислама. Даже если пропаганда и имеет место, то у каждого есть своя голова на плечах. Мне кажется, люди должны быть такими, какими они хотят. Я толерантно отношусь ко всем людям — в моем окружении есть люди, которые очень строго следуют канонам ислама, есть агностики, есть подруги с бритой головой, с татуировками и пирсингами. Когда ты смотришь на личность человека, а не на его убеждения, тебе всё равно. Каждый должен быть самим собой, делать все от сердца. Неважно, к какой религии ты относишься, важно, какой ты человек. 
 

 

 

Фарида

22 года, носила платок 9 лет/ сняла платок год назад 

Я родилась в религиозной семье. Мои родители не были практикующими мусульманами с рождения; они изучали теорию многих религиозных учений, но в итоге пришли к исламу. Нас с сестренкой с детства готовили к тому, что мы будем носить хиджаб, читать намаз, держать пост. Нас никогда не заставляли что-либо делать, но мы родились в семье, где ослушаться Бога было грехом.

Мы родились в семье, где ослушаться Бога было грехом
Намаз я читала с первого класса. Вряд ли это был осознанный выбор, но ребенку в принципе тяжело что-то решать, когда он видит только одну истину. В третьем классе я начала держать оразу — это было мое решение, хотя я еще даже не надела платок. А в шестом классе, когда у меня начались месячные, я начала носить хиджаб.

Первого сентября одноклассники впервые увидели меня и еще двух одноклассниц-ингушек в платках — то, что нас было трое, меня очень поддержало. На нас странно смотрели, никто даже не знал, что мы настолько религиозные. В тот же день нас отправили к директору школы. Это была первая из множества встреч, когда взрослый мужчина психологически давил на трех девочек, пытаясь заставить нас снять хиджабы. Основным аргументом была школьная форма, которой якобы противоречило ношение головных уборов. По совету родителей мы ссылались на Конституцию — она ведь подразумевает свободу вероисповедания. Все это было очень унизительно и страшно. Тогда я понимала, что это несправедливо, ведь я ничем не отличаюсь от других людей.

Одна учительница как-то оставила меня после уроков и спросила: «Зачем тебе всё это?». Я ничего не смогла сказать и просто ушла. Нельзя ставить ребенка в такое уязвимое положение, он ведь живет по правилам семьи.

Мои одноклассники не имели ничего против моего хиджаба и относились ко мне как раньше. Только один мальчик, с которым мы постоянно соревновались, обзывал меня лысой и даже как-то попытался стянуть с меня платок. Но там дело было не только в наших скверных взаимоотношениях. У него была очень религиозная семья, но он придерживался других взглядов. Думаю, у него был свой конфликт с религией, который он выплескивал на меня. 

Все члены моей семьи совершали намаз пять раз в день, регулярно читали Коран на арабском и его толкование. Мы не праздновали ничего, кроме айта. Последний день рождения я отметила во втором классе. Нам запрещали слушать музыку, только нашиды — это песни, которые восхваляют Аллаха; запрещали носить штаны, поэтому на физкультуру мы не ходили; запрещали рисовать людей с открытыми глазами — мама как-то сказала мне, что в загробной жизни эти образы будут меня преследовать.

Мои родители в некоторых аспектах были очень строги, а где-то — наоборот. У нас были свои компьютеры, мы могли смотреть кино, а в 11 классе я вообще покрасила волосы в синий цвет. Правда, за пределами семьи никто их не увидел.

О решении снять платок

В 11 классе я начала думать по-другому. Я узнала о феминизме, о том, что женщины и мужчины могут быть равны. У меня накопилось много вопросов к религии, но когда я их задавала, то либо не получала нормального ответа, либо все объяснялось мудростью Аллаха. Рассуждать было невозможно. Например, в хадисах написано, что пророк сказал женщинам, что они в большинстве своем будут обитателями ада. Это объясняется тем, что женщины нечестивы в религии, потому что во время менструаций им запрещено читать намаз, они не могут поститься. Пропуская несколько дней, они не получают сауабы — бонусы, и тогда у мужчин получается перевес. Значит в отношении женщин всё итак предрешено. 

Женщины не могут рассчитывать на равную с сыном долю наследства. Свидетельство одного мужчины приравнивается свидетельству двух женщин. Мужчине можно жениться на представителях другой веры или нескольких женщинах, а женщинам — нет. Когда я верила, что женщины созданы быть глупее мужчин, всё было нормально, но потом начала понимать, что всё это странно. Тогда у меня появилось намерение снять хиджаб.

Когда я сказала маме, что больше во всё это не верю, был большой скандал. Было и «ты нас позоришь», и «отключим интернет, заберем телефон». Гаджеты действительно забрали и взамен дали мне расписание настоящей мусульманки, по которому я прожила две недели до следующей проверки.

В исламе есть такое понятие, как «иман» (вера); люди верят, что он может ослабнуть или наоборот укрепиться. Мама думала, что мой иман ослаб, но когда она поняла, что я собираюсь уйти из ислама, попросила меня притворяться мусульманкой хотя бы в семье. Для них это было позором, потому что отец был центром мусульманского сообщества в нашем городе. 

С постоянным конфликтом в голове пришлось жить, пока я не достигла финансовой независимости. Всё это время, пока я заканчивала школу и университет, я чувствовала себя самозванкой. Я могла почувствовать себя свободной, только когда бегала по вечерам на набережной — я снимала капюшон и бежала с распущенными волосами.

Год назад я сняла платок окончательно, когда переехала в Астану. Мама очень расстроилась, когда я об этом её предупредила, но в итоге родители приняли мой выбор. Отец до сих пор верит, что я в конце концов вернусь в ислам. Думаю, что им все равно будет не хватать этой детали, чтобы я была идеальной дочерью в их понимании.

Я могла почувствовать себя свободной, только когда бегала по вечерам на набережной — я снимала капюшон и бежала с распущенными волосами 

О хиджабе

Хиджаб для кого-то служит символом опрессии. Некоторые женщины напротив воспринимают это как символ равенства, протест против сексуализации. Возможно, эти женщины пришли в ислам и начали носить хиджаб как свой выбор. Например, моя младшая сестра придерживается такой позиции, носит хиджаб и считает себя феминисткой. У нас с ней практически одинаковые взгляды, но мы не сходимся во мнениях касательно хиджаба и религии.

Никогда не понимала такие фразы типа «женщина — конфета, которую нужно закрыть, чтобы мухи не слетались» или «женщина — драгоценный металл, который нужно обрамить». Мне не нравится, что в исламе так сильно делят на покрытых и непокрытых. Любая женщина достойна уважения, носит она платок или нет.

Не думаю, что есть эффективный способ заставить людей носить хиджаб. Когда человек достигнет определенного возраста, будет думать сам, он сделает выбор. Детям из очень религиозных семей или женщинам из арабских стран очень тяжело приходится.

Я не поддерживаю запрет носить хиджабы в школе, потому что этот запрет распространяется на детей. Даже если это не их выбор, это очень большой стресс. Если бы запрет был на законодательном уровне в мое время, я бы не выдержала. Я тогда вообще не понимала, как могут запрещать то, что мои родители считают правильным.

О жизни после хиджаба и отношении к религии

Сейчас я считаю себя агностиком. Думаю, невозможно прийти к истине в вопросах существования Бога и загробной жизни. Я не отрицаю, какой вклад религия внесла в моральные установки, культуру общества; у меня нет никакого презрения к религиозным людям. Считаю, что у каждого есть свой выбор. Каждый волен делать то, что считает нужным.

Я живу со своим мужем. Он родился в очень религиозной, православной семье, но не считает себя религиозным человеком. Мы с ним нашли согласие в плане философского взгляда на жизнь и религию — мне кажется, это очень важно. Родители сначала были против, пока не узнали супруга получше. Я была готова на уступки для своих родителей, поэтому у нас был никях.

После того как я сняла хиджаб, я впервые за 14 лет отпраздновала свой день рождения с мужем, а теперь наслаждаюсь всеми праздниками.


Источник: www.the-village.kz/ 
ФОТОГРАФИИ: Обложка, 2, 3, 4 - предоставлены героями. 1 - spiegel.de, 5 - shukrclothing.com.
0 комментариев