|
Шах — сионист: в Турции сорвали протест иранских эмигрантов
|
Жители Стамбула выступили против акции солидарности с протестами в Иране.
В Стамбуле не удалось провести акцию иранских эмигрантов, выступающих против действующих властей Ирана. Участники протеста собрались у здания иранского консульства, чтобы выразить солидарность с протестным движением внутри Ирана и поддержать Резу Пехлеви — сына последнего шаха Ирана.
Однако акция быстро переросла в конфликт. К месту проведения митинга подошла группа местных турецких демонстрантов, которые сорвали мероприятие. Они выступили против присутствия иранской оппозиции и начали выкрикивать лозунги. В частности, звучали заявления о том, что сторонников сионизма не должно быть в Турции, а также выкрик «Шах — сионист».
"Кошелек" КСИР тянет экономику Ирана на дно – WSJ
Банк «Сепах», связанный с КСИР, оказался на грани банкротства из-за токсичных долгов. Крах этого банка угрожает выплатам зарплат и пенсий силовикам.
Пока мировое сообщество следило за ростом оппозиционных настроений в Иране, реальный детонатор кризиса сработал в финансовом секторе.
По данным The Wall Street Journal, предвестником краха режима стало банкротство крупнейшего провластного банка Ayandeh.
Накопив около 5 млрд долларов безнадежных долгов, институт рухнул, вынудив государство включить печатный станок для экстренного поглощения активов, что лишь подстегнуло инфляционную спираль.
Банк «Сепах»: «зомби-гигант» на службе КСИР
Крах Ayandeh обнажил системную неплатежеспособность всей банковской сферы. В зоне особого риска оказался старейший банк страны — «Сепах». Основанный в 1925 году как армейский финансовый институт, сегодня он является «кошельком» Корпуса стражей исламской революции (КСИР).
Почему проблемы банка «Сепах» критичны для режима?
-
Статус «поглотителя»: В последние годы в него принудительно вливали обанкротившиеся банки, связанные с силовиками, что перегрузило баланс токсичными кредитами.
-
Финансовая изоляция: Банк находится под жесткими санкциями США и ЕС из-за финансирования ракетных программ и террористической деятельности.
-
Системообразующая роль: Через него проходят зарплаты военных, пенсии силовиков и оборонные контракты. Его падение автоматически означает дефолт оборонного сектора.
Экономическое пике: инфляция 72% и девальвация риала
Ситуация в финансовом секторе наложилась на последствия прямого военного столкновения с Израилем и США летом прошлого года. Война нанесла непоправимый удар по имиджу власти, а экономические показатели ушли в неконтролируемое пике:
-
Крах валюты: В 2025 году иранский риал обесценился по отношению к доллару на 84%.
-
Продуктовый кризис: Годовая инфляция на основные продукты питания достигла 72%.
-
Бегство капитала: На фоне нестабильности страну покинули, по разным оценкам, от 10 до 20 млрд долларов.
Бюджет жесткой экономии и социальный взрыв
Пытаясь спасти бюджет, власти Тегерана пошли на крайне непопулярные меры, сократив расходы на 10 млрд долларов. Отмена валютных льгот на импорт и переход к рыночным ценам на топливо лишили режим поддержки даже лояльных слоев населения — торговцев и представителей мелкого бизнеса.
Экономическое давление усилилось из-за блокировки доступа к долларам через иракские банки и ужесточения нефтяного эмбарго. В условиях отсутствия экономических инструментов для маневра, власти отвечают на протесты исключительно силовым давлением. По данным правозащитников, число погибших в столкновениях уже идет на сотни, а информационная блокада лишь подчеркивает бессилие режима перед лицом масштабного финансового коллапса.
Иран оказался перед самым серьезным выбором - оценка
Иранский режим может решить свою судьбу впервые за весь период его существования на фоне массовых протестов.
Полгода назад, во время 12-дневной войны, внутри Ирана царила относительная стабильность, и антиправительственные протесты практически отсутствовали. Сегодня ситуация кардинально изменилась: массовые выступления поставили под сомнение само существование режима.
Об этом сообщает новостной портал Ynet.
Вероятно, иранская элита осознала, что у неё почти не осталось выбора и придётся идти на соглашение с США, хотя ранее в Тегеране отвергали условия, предложенные Трампом — прекратить обогащение урана, заморозить ракетную программу и прекратить финансирование проиранских террористических организаций и группировок.
По информации израильского источника, официальная позиция Иерусалима относительно американо-иранской сделки остаётся неизменной.
"Последние события ясно показывают, что иранскому режиму нельзя давать никаких поблажек", — подчеркнул источник.
В Израиле также сомневаются, что верховный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи готов возобновить переговоры с США, даже под угрозой собственного режима. Дани Цитринович, ведущий эксперт Института исследований национальной безопасности по Ирану и шиитскому миру, отметил, что нынешняя ситуация напоминает ему отношения США и Ирана перед 12-дневной войной и во время конфликта, когда Вашингтон пытался использовать временное ослабление Исламской республики для навязывания своих условий.
Однако есть и отличия — массовые протесты поставили иранское руководство в сложное положение и вновь вернули на обсуждение вопрос полного прекращения обогащения урана. Остаётся открытым, насколько реалистична перспектива сделки.Перед Хаменеи стоит непростой выбор, и он может учитывать два исторических примера: первый — когда основатель Исламской республики аятолла Рухолла Хомейни завершил войну с Ираком, чтобы спасти режим; второй — более чем 70 лет назад премьер-министр Мохаммед Мосаддык настаивал на национализации нефтяной промышленности до того, как был свергнут при поддержке иностранных сил.
Протесты в Иране — еще одна страна признала скорый крах аятолл
Страна, которая ранее осторожно относилась к высказываниям об Иране, признала, что режим аятолл вскоре потерпит крах.
Во время официального визита в Индию канцлер Германии Фридрих Мерц заявил, что мир становится свидетелем «последних дней или недель» правления иранского режима. «Когда власть удерживается исключительно через насилие, режим фактически приходит к концу», — подчеркнул он.
Об этом сообщает "Маарив".
Мерц отметил, что население страны восстает, а министры иностранных дел различных государств тесно координируют усилия, чтобы поддержать создание демократически легитимного правительства вне Ирана.
Его комментарии прозвучали на фоне усиливающегося давления на Тегеран, включая 25-процентные пошлины США на товары из стран, ведущих бизнес с Ираном, а также массовых протестов внутри страны. Сообщается, что в ходе жестоких демонстраций было арестовано более 10 000 человек, а тысячи погибли, главным образом от огнестрельного оружия, используемого силами «Басидж» Корпуса стражей исламской революции.
Власти Ирана ограничили доступ к интернету и СМИ, чтобы препятствовать распространению информации о происходящем, однако свидетельства граждан за рубежом описывают масштаб насилия, отключения электроэнергии и чрезвычайное состояние в стране. Один из них сообщил: «Закрытие СМИ позволило им убивать без внимания мировой общественности. Люди вооружены до зубов, насилие растет с обеих сторон».
Иран находится на геополитическом распутье, когда протесты оказывают давление на режим
Исламская Республика является ключевым игроком на Ближнем Востоке, имея тесные связи с Россией и Китаем. Пока режим в Тегеране подвергается критике, DW рассматривает место Ирана на мировой арене.
Ключевое стратегическое расположение Ирана в одном из важнейших узких мест для энергетической торговли в мире — Ормузском проливе в Персидском заливе — вместе с огромными запасами нефти и газа, политическими амбициями и ядерной программой делают его важным игроком на Ближнем Востоке.
Более двух недель шиитская страна с населением 93 миллиона человек переживает массовые общенациональные протесты, которые изначально были вызваны экономическими проблемами, но затем переросли в восстание против режима в Тегеране.
Официально авторитарный режим Исламской Республики обвиняет в протестах своих внешних врагов, а именно США и Израиль.
Однако сейчас, похоже, руководству Тегерана проще вести переговоры с Соединёнными Штатами, чем вести диалог со своим населением. Президент США Дональд Трамп заявил 11 января, что Иран готов вести переговоры с Вашингтоном.
С момента Исламской революции 1979 года и последующего захвата посольства США в Тегеране Иран и Соединённые Штаты не имеют официальных дипломатических отношений. С тех пор идеологическая враждебность, санкции, напряжённость в сфере безопасности и спор вокруг иранской ядерной программы формировали эти отношения.
«Лидеры Ирана хотят вести переговоры. Думаю, им надоело побеждать Соединённые Штаты», — сказал Трамп журналистам в воскресенье на борту Air Force One.
Ядерная программа Ирана остаётся центральной точкой конфликта в отношениях с Западом.
Трамп оказывает давление на Иран
В последние дни Трамп неоднократно угрожал Ирану военным вмешательством США, если силы безопасности режима продолжат применять насилие для подавления демонстраций. Американское агентство Human Rights Activists News Agency оценивает, что на данный момент погибло 512 протестующих.
With the the internet cut off since January 9, it is difficult to assess the scale of the brutality being used by the regime to put down the protests.
Iranian state television, which defames the protesters as terrorists in its reports, citing representatives of the Islamic Republic, has been increasingly showing footage since Sunday of morgues filled with the bodies of demonstrators killed by security forces.
At the same time, families are being warned not to let their children near the protests.
The Iranian Foreign Ministry has said the Islamic Republic of Iran does not seek war, but is well prepared for it.
"The debate about Donald Trump's possible decisions or Israel's military actions against Iran is less about officially announced intentions and more about the real impact such steps would have on the power structure in the country," Fatemeh Aman, a Washington-based Middle East analyst, told DW.
"Experience shows that external pressure, especially if it does not lead to the rapid fall of the government, does not necessarily have a weakening effect and sometimes even has the opposite effect. For Iran, this risk is particularly high," she added.
An external threat could serve as a pretext for tightening security, cracking down harder on protesters, and marginalizing internal conflicts within the regime's power structure.
"President Trump has repeatedly shown that he puts tangible American interests above all other considerations," Aman said, adding Trump does not seem interested in costly projects without a clear conclusion and generally prefers not to get involved in protracted wars.
She said Trump's goal could be to change the behavior of the Islamic Republic, not necessarily the regime itself. This goal could be pursued through pressure, sanctions, and threats, but not through a full-scale war. Even if it did not directly lead to regime change, a large-scale war between the US and Iran would have immediate repercussions for neighboring countries.
"These include an unstable energy supply, growing uncertainty, considerable economic pressure, and the risk of further escalation of proxy conflicts. Accordingly, broad support for a large-scale war in the region is not currently to be expected," Aman added.
Государства Персидского залива наблюдают с осторожностью
Although Iran's Arab neighbors in the Persian Gulf are not considered allies of the Islamic Republic, they have a strong interest in regional stability and avoiding military escalation.
An attack on Iran carries the risk that Tehran will respond with attacks on American military bases in the region, of which there are dozens in neighboring countries.
"Prior to the current events, the states of the Gulf Cooperation Council had decided to recognize the Islamic Republic as a political reality that had to be dealt with," Farzan Sabet, a Middle East expert at the Geneva Graduate Institute's Global Governance Centre, told DW.
"Later, after the events of 2019, they began to build up their own military strength and deepen their strategic relationships with allies. At the same time, they wanted to promote diplomacy and reduce tensions with Iran," he added.
The regional rivalry between the Shiite rulers in Iran and the Sunni royal family in Saudi Arabia for supremacy in the Middle East, including Syria, Iraq, and especially Yemen, escalated in 2019 after refineries belonging to the state-owned oil company Saudi Aramco in Abqaiq and Khurais were attacked with drones and missiles.
The attacks temporarily halved Saudi oil production. The Houthi rebels in Yemen, who are supported by Iran, were blamed, even though Tehran denied any direct involvement.
In recent years, Iran and Saudi Arabia have initiated a cautious rapprochement with China acting as mediator. Both countries are considered important trading partners for China, which depends on stability in the Middle East to secure its energy supply.
Санкции против Ирана усиливают политическое давление
For Beijing, which has steadily expanded its influence in the Middle East and continues to import cheap oil from Iran despite US sanctions, the protests and new US sanctions are not good news.
As allies of the Islamic Republic, China and Russia have sharply criticized the "snapback" mechanism triggered in September 2025 by the US and the E3 countries — Germany, France and the UK — to reimpose UN sanctions on Tehran.
These sanctions were lifted in 2015 as part of the JCPOA nuclear agreement between Iran and the five veto powers in the UN Security Council plus Germany. The US unilaterally withdrew from the agreement in 2018 during President Trump's first term with the aim of securing a better deal. The US president continues to pursue this goal to this day.
On Monday, January 12, Trump announced on social media that a 25% tariff would apply immediately to countries doing business with Iran.
According to the Trading Economics database, Iran's main trading partners are China, Turkey, the United Arab Emirates, and Iraq.
China criticized the decision. The Chinese leadership is convinced that there are no winners in a tariff war, replied Mao Ning, spokesperson for the Foreign Ministry in Beijing, when asked about the new US tariffs on Iran.
However, energy strategist and expert Umud Shokri from George Mason University in Fairfax, Virginia, told DW that Russia under President Vladimir Putin is the country that has the most to fear from a free and democratic Iran.
"Russia has a major influence on the current government of the Islamic Republic. Should a government come to power that jeopardizes Russia's interests in the region or in foreign policy, such a government would be undesirable for Moscow," Shorki told DW.
Эта статья была изначально написана на немецком языке.
Author: Shabnam von Hein
ЕС придумал новые меры против Ирана на фоне беспорядков
В Евросоюзе рассматривают возможность ужесточения санкций против Ирана и причисления Корпуса стражей исламской революции (КСИР) к террористам, заявил в понедельник официальный представитель главы дипломатии ЕС Ануар аль-Ануни, передает «Интерфакс».
Новые карательные меры в отношении Тегерана в ЕС аргументируют «злоупотреблениями и нарушениями права человека в Иране».
«Мы готовы предложить еще более строгие меры ввиду недавнего роста насилия», — добавил представитель главы дипломатии ЕС.
По его словам, следующим шагом может стать внесение КСИР в перечень террористических организаций в случае единогласного голосования по данному вопросу.
Также аль-Ануни выразил «полную солидарность» с протестующими в Иране, осудив подавление акций протеста, которые в последние дни вылились в беспорядки и террор.
Ранее власти Ирана обвинили США и Израиль в использовании экономических протестов в собственных целях и организации беспорядков в стране, которые сопровождаются нападениями на правоохранителей, мирных жителей, а также атаками на мечети и другие общественные места.
В понедельник, 12 января, по всему Ирану прошли миллионные марши в поддержку государственного строя и с осуждением беспорядков.
Глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен
EU parliament bans Iranian diplomats, representatives from premises
The European Parliament has banned all Iranian diplomats and representatives from the assembly’s premises over a deadly crackdown on protests in Iran, the body’s president, Roberta Metsola, announced on Monday.
“It cannot be business as usual. As the brave people of Iran continue to stand up for their rights and their liberty, today I have taken the decision to ban all diplomatic staff and any other representatives of the Islamic Republic of Iran from all European Parliament premises,” Metsola said on X.
“This House will not aid in legitimising this regime that has sustained itself through torture, repression and murder,” she added.
Morocco News
