Защита интеллектуальной собственности в Казахстане: что мешает судам понимать позицию патентообладателей?
Защита интеллектуальной собственности в Казахстане: что мешает судам понимать позицию патентообладателей?
1 месяц назад 101 forbes.kz Тимур Берекмоинов - старший юрист, патентный поверенный РК, департамент «Интеллектуальная собственность» GRATA International, Сауле Ахметова - партнер GRATA International, Даурен Байжанов - младший юрист, департамент «Интеллектуальная собственность» GRATA International

О практике применения судами положений законодательства в сфере защиты патентных прав.

В последнее время в Казахстане чаще возникают споры, связанные с защитой патентных прав. Основная часть патентных споров в основном приходится на 2 объекта интеллектуальной собственности – это изобретения и полезные модели. Именно данные объекты промышленной собственности, как показывает практика, более всего подвержены нарушению исключительных прав в нашей стране.

На сегодняшний день казахстанские суды редко удовлетворяют требования патентообладателей о прекращении нарушенных прав и защите их интересов. На это есть несколько причин. Давайте же рассмотрим, что мешает нашей судебной системе понимать и принимать позицию патентообладателей?

Первой проблемой является «неработающая» презумпция виновности нарушителя патента.

Как мы видим на практике, большинство патентообладателей в иске руководствуются статьей 15 закона Республики Казахстан «Патентный закон Республики Казахстан» от 16 июля 1999 года № 427-I (далее – «Патентный Закон», которая устанавливает презумпцию виновности нарушителя. Согласно ст. 15 Патентного Закона, нарушением исключительного права патентообладателя, признается несанкционированное а) изготовление, применение, ввоз, хранение, предложение к продаже, продажа или иное введение в гражданский оборот продукта, созданного с использованием запатентованного объекта промышленной собственности, а также б) применение запатентованного способа или введение в гражданский оборот продукта, изготовленного непосредственно запатентованным способом. При этом новый продукт считается полученным запатентованным (охраняемым) способом при отсутствии доказательств иного.

Из смысла приведенной выше статьи закона следует, что бремя доказывания при обращении в суд патентообладателя лежит на предполагаемом нарушителе исключительных прав. Поэтому этой нормой и пользуются патентообладатели с целью защиты своих патентных прав в судах, т.е. нарушитель, ответчик, «должен доказать, что он не использует чужой охраняемый объект промышленной собственности».

Однако, процессуальные нормы (статьи 72 и 73 Кодекса Республики Казахстан «Гражданский процессуальный кодекс Республики Казахстан» от 31 октября 2015 года № 377-V (далее – «ГПК») устанавливают обязанность каждой стороны доказать те обстоятельства, на которые она ссылается. Суд при вынесении решения основывается лишь на тех доказательствах, которые были представлены сторонами и исследованы в судебном заседании. При таком «раскладе» патентообладатель должен доказать нарушение патента, привести конкретные факты, свидетельствующие о таком нарушении или оспаривании ответчиком прав патентообладателя. Суд не будет самостоятельно исследовать того, что не представлено в судебном заседании, в связи с этим зачастую суды отказывают патентообладателям в удовлетворении исковых требований лишь за недоказанностью нарушения исключительных прав.

Таким образом, при обращении в суд патентообладателю необходимо заранее осуществлять сбор доказательственной базы, которая будет лежать в основе решения суда при рассмотрении спора. Обычно в суд предоставляются документы, подтверждающие факт приобретения товаров, в которых использованы чужие патенты. Такими документами могут служить чеки, счета-фактуры, накладные, фотографии, видеосъемка, а также протокола осмотра при фиксации нотариусом факта приобретения товара у нарушителя и так далее. Дополнительно у патентообладателя возникает необходимость проведения патентоведческой экспертизы для выявления использования признаков формулы в спорном объекте.

 А это уже приводит ко второй проблеме, возникающей на практике – невозможность приобретения изделий для проведения сопоставительного анализа описания охраняемого запатентованного продукта, устройства или способа, с объектами, использованными (реализованными, созданными и т.п.) нарушителем патента.

Приобрести нарушающие патент изделия для сравнительного анализа патентовладелец может либо самостоятельно, либо через суд, который должен оказать содействие в истребовании относимого к делу доказательства. Но даже по запросу суда ответчики нередко отказываются предоставить доказательства. В указанных обстоятельствах комментарий к ГПК толкует такой отказ как признание вины ответчиком (императивная презумпция). Однако, несмотря на действующую «императивную презумпцию», вопрос о получении нарушающего патент изделия и проведении сопоставительного анализа остается открытым. Ответчик в рамках процесса может сослаться на то, что такие изделия (доказательственная база) уничтожены, либо распроданы третьим лицам. Таким образом, возникает риск отказа судом в удовлетворении исковых требований патентообладателя ввиду невозможности проведения сравнительного анализа запатентованного объекта и нарушающего патент объекта.

Третьей наиболее частой проблемой является злоупотребление патентными правами со стороны владельцев полезных моделей в Казахстане.

Нередки случаи, когда патентообладатели регистрируют за собой устройства, которые применяются активно во всем мире на протяжении уже нескольких лет, чтобы в дальнейшем заявить о своих права на такие устройства и защитить их с помощью патента. На практике даже есть случаи, когда к самим действительным создателям таких устройств/систем обращаются с иском «неистинные» патентообладатели о прекращении использования «запатентованных» устройств. 

К примеру, была ситуация, когда в суд за защитой своих прав обратился индивидуальный предприниматель, зарегистрировавший за собой систему заказа такси в качестве полезной модели. Ответчик, в свою очередь, сам является разработчиком данной системы, которую ввел в использование несколько лет назад. Такая система до сих пор применяется практически во всех странах мира. Основания, по которым отказал суд в иске, были иными, однако видно, что Истцом преследовалась цель обогатиться на ответчике. 

Отдельно хотелось бы отметить проблему патентного законодательства по вопросам выдачи патентов на полезную модель. Под полезной моделью следует понимать техническое решение, относящееся к устройству, которому предоставляется правовая охрана, если оно является новым и промышленно применимым. При этом, согласно Патентному закону, патент на полезную модель выдается без проверки соответствия условиям новизны и промышленной применимости. Соответствие полезной модели условиям патентоспособности оценивается уже в случае оспаривания патента после его выдачи. Выдается же охранный документ «под ответственность заявителя без гарантии действительности».

Таким образом, третьи лица могут оспорить чей-то патент на полезную модель и признать его недействительным полностью или частично в случае несоответствия охраняемого объекта промышленной собственности условиям патентоспособности. Выходит, что Патентное ведомство РК выдает патенты на полезную модель всем подряд и не заботится о том, что такой патент может быть в дальнейшем оспорен в суде.

Такой недочет в законодательстве приводит к существенным злоупотреблениям патентными правами, как это получилось с патентом на полезную модель, связанную с системой заказа такси.

В заключение хотелось бы отметить, что количество споров по вопросам интеллектуальной собственности заметно растет, что ставит вопрос о необходимости повышения квалифицированности судебной системы. Возможно, через некоторое время сформируется потребность в образовании структуры специализированного суда, который мог бы максимально сосредоточить свои усилия на урегулировании споров о правах на интеллектуальную собственность. Мы придем к этому, только если правообладатели будут более активны в защите своих исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности.

0 комментариев
Архив